Символическое значение сна татьяны

А главное – то, что говорит о ней сам Пушкин:

Татьяна, русская душою,…

Слайд 7.

1803 - вероятный год рождения Татьяны.

Ночь со 2 на 3 января - 12 января 1821 - время действия пятой главы.

Начальная дата указана автором в первой строфе главы («на третье в ночь»), конечная определена именинами Татьяны - днем великомученицы Татьяны.

25 декабря 1820 - 5 января 1821 - святочные праздники и гадания в доме Лариных.

Гадания, описанные в пятой главе, происходят между ночами на 4 января и на 6 января 1821 г., то есть в так называемые «страшные вечера».

Ночь с 5 на 6 января - сон Татьяны.

Сон не мог быть ранее 4 января и позже 6-го: он связан с гаданиями святочного цикла, которые прекращались в день Крещения.

12 января - день именин Татьяны.

Слайд 8.

Никогда русская жизнь не являлась в таком раздолье, как на Святках: в эти дни все русские веселятся.

“Наведение зеркал” требовало полной тишины и покоя, а потому происходило всегда ночью.

Медведь, который, подав лапу, переводит героиню через ручей, гонится за ней и, поймав, приносит её к хижине Онегина - будущий жених Татьяны, то есть генерал. Написать мини-сочинение:

«В чем, на ваш взгляд, связь между представленными в презентации произведениями?».

Мост у Татьяны «дрожащий», «гибельный».

Сон можно считать пророческим, потому что в нем отражено убийство Ленского Онегиным, которого нельзя будет избежать в будущем.

Можно заметить, что эпизод сна Татьяны перекликается с последующим эпизодом именин. В литературном произведении этот язык определяет автор, создавая контекст-ключ к разгадке символического значения сна.

Первое значение данных символов – “смерть”. В конце концов именно он, медведь, приносит девушку в загадочную избушку с чудовищами. мое!

Мое! – сказал Евгений грозно,

И шайка вся сокрылась вдруг;

Осталася во тьме морозной

Младая дева с ним сам-друг;

Онегин тихо увлекает

Татьяну в угол и слагает

Ее на шаткую скамью

И клонит голову свою

К ней на плечо; вдруг Ольга входит,

За нею Ленский; свет блеснул,

Онегин руку замахнул,

И дико он очами бродит,

И незваных гостей бранит;

Татьяна чуть жива лежит.

XXI

Спор громче, громче; вдруг Евгений

Хватает длинный нож, и вмиг

Повержен Ленский; страшно тени

Сгустились; нестерпимый крик

Раздался… хижина шатнулась…

И Таня в ужасе проснулась…

Глядит, уж в комнате светло;

В окне сквозь мерзлое стекло

Зари багряный луч играет;

Дверь отворилась.

Кто он, этот «большой, взъерошенный медведь»?

…И вдруг сугроб зашевелился, И кто ж из-под него явился? Во сне Татьяна видит, как Онегин убивает Ленского ножом:
"...Спор громче, громче; вдруг Евгений / Хватает длинный нож, и вмиг / Повержен Ленский..."

Это пустой, бездушный и лицемерный высший свет, который ее интуитивная, искренняя натура воспринимает как сборище монстров. Перед именинами так же, как и в сцене сна, царит суматоха. Для довершенья чуда// Раскрылся пол – и вы оттуда.//Бледны, как смерть, и дыбом волоса!//Тут с громом распахнулись двери,//Какие-то не люди и не звери,//Нас врозь - и мучили сидевшего со мной.//Он будто мне дороже всех сокровищ,//Хочу к нему – вы тащите с собой://Нас провожают стон, рев, хохот, свист чудовищ!//Он вслед кричит!..//Проснулась

Описание танца в строфе XLIII композиционно завершает описание начала именин: «Шум, хохот, давка у порога» - «треск, топот, грохот», связывая всю эту картину с дьявольским шабашем сна Татьяны, что в целом бросает совершенно новый отсвет на, казалось бы, идиллический быт провинциального мира.

Но есть и целые эпизоды, которые, подобно шкатулке с двойным дном, скрывают в себе больше, чем кажется на первый взгляд. Это отражает ее двойственное отношение к Онегину: страх и непреодолимое влечение.